Похороны "Сильной Украины"

Съезд «Сильной Украины» превратился в похороны некогда перспективной партии. Это были, наверное, самые многолюдные похороны


Съезд «Сильной Украины» превратился в похороны некогда перспективной партии. Это были, наверное, самые многолюдные похороны, на которых когда-либо присутствовал корреспондент «Обкома».

В обширном конференц-зале столичного «Президент-отеля» собрались нарядно одетые мужчины и женщины среднего возраста. В столицу они приехали в качестве делегатов второго съезда партии «Сильная Украина». Главным – и по сути единственным – вопросом в повестке съезда значилось обсуждение планов по «объединению «СУ» с Партией регионов». Всего два месяца назад эти планы – к немалому изумлению многих партийцев – озвучил лидер «Сильной Украины» Сергей Тигипко.

«Объединение»…Уже от одной этой формулировки веяло ложью и лицемерием. Какое «объединение», когда речь идет о полном и безоговорочном поглощении одного проекта другим? И уж тем более, какое слияние, если для того, чтобы стать членами «нового проекта», активистам «СУ» придется банально написать заявление о вступлении в Партию регионов?

Одним словом, речь, по сути, шла о похоронах, и большинство делегатов это хорошо понимали. Тревожное настроение в зале г-н Тигипко, несомненно, предвидел и потому свою речь начал с места в карьер.

- Дорогие друзья! Знаете, идеи объединения всегда проходят достаточно тяжело во всех странах. А в странах с формирующейся молодой демократией, переходной экономикой это еще сложнее…

За спиной у сидевшего в первом ряду корреспондента «Обкома» кто-то саркастически хрюкнул: сидевшему сзади делегату явно понравилось словосочетание «формирующаяся молодая демократия» в разгар президентского срока Януковича.

- Я предложил объединение с Партией регионов, - продолжал тем временем Тигипко. - Идея новая и непростая и для нас, и для многих членов Партии регионов тоже. И во время обсуждения мы с вами это ощутили…В Одессе было видно, насколько люди любят свою организацию, и складывается впечатление, что мы хотим разрушить, но это не так. С самого начала мы объединялись, чтобы провести реформу…

Здесь хмыкнула уже сидевшая рядом с корреспондентом заместитель Тигипко по партии Александра Кужель. Эта пассионарная женщина пришла на съезд одетая в ярко-алый наряд и уселась подальше от основных народных масс, как бы подводя черту под их совместной работой. Еще до начала съезда она подтвердила журналистам свое намерение подать в отставку: дескать, работать в одной команде с бело-синими гонителями малого и среднего бизнеса не намерена.

Г-н Тигипко тем временем продолжал объяснять однопартийцам, что решился на союз с Партией регионов не корысти ради, а только волею пославших его пенсионеров, бюджетников и льготников. Некоторые пассажи выдавливали слезу, но в целом доклад оратора, вкупе с его манерой неприятно шевелить мускулами, вызывали отвращение.

- Я призываю вас к власти, потому что времени нет, потому что любое небольшое конкретное дело гораздо ценнее любой демагогии! – непринужденно плел кружева демагогии Сергей Леонидович.

- Проведем реформу - жизнь пенсионеров станет лучше! – убеждал аудиторию г-н Тигипко. - Я уверен: время малых партий проходит. Когда вы увидите, что они достигнут, будет мало конкретики. Кроме амбиций отдельных политиков, больше ничего не останется!

Почему эта мысль не пришла ему в голову в ноябре 2009, когда малую партию «Трудовая Украину» на съезде торжественно переименовали в «Сильную Украину», Сергей Леонидович не сказал.

Когда словосочетание «покращити життя для людей» прозвучало в шестой раз, корреспондент «Обкома» зевнул и принялся осматривать первые ряды. Особо знакомых лиц в делегатских рядах он не заметил; не было и в зале и маститых «регионалов», каковое обстоятельство лишний раз подтвердило слова, сказанные нам по секрету одним из высокопоставленных функционеров «Сильной Украины».

- Сегодня никакого решения о слиянии голосовать не будет, - сказал функционер. – Переговоры еще ведутся, мы требуем достаточно много мест в исполнительной власти.

Сам г-н Тигипко эту маленькую заминку пояснил широким делегатским массам совсем по-другому.

- …И мы не должны завершать работу нашего съезда. Необходимо обсудить идеи, подумать, обобщить, провести следующие консультации с Партией регионов и после этого собраться еще раз и принять окончательные решения, - заявил главный реформатор всея страны. Публика на это отреагировала вяло: надо собраться – значит, соберемся.

Но Александра Кужель играть в эту игру не собиралась. Когда пришла ее очередь выступать, Шура Владимировна сначала поблагодарила всех партийцев и «всю элиту, которую привел Тигипко» за совместную работу, но очень скоро вонзила в ненавистных гонителей предпринимательства (и отчасти г-на Тигипко) фирменную шпильку.

- Вы знаете, я понимаю, что мафию можно побороть, только ее возглавив. Но я очень надеюсь, что, войдя в партийную организацию своей области, вы станете для многих надеждой и остановите тот беспредел, который идет сегодня. Остановите «наезды», отбор бизнеса. У меня к вам огромная просьба: станьте такими! Ведите реформы, о которых говорил Сергей Леонидович, на местах. Только не заговаривать, а действительно каждым шагом!

Президиум с Тигипко во главе не поднимал глаз, что-то усиленно конспектируя в своих блокнотах. А Кужель перешла к насущным вопросам:

- Обращаюсь ко всем лидерам областных организаций с огромной просьбой: пожалуйста, защитите каждого партийца, который принял альтернативное решение! Не дайте права его сегодня заставлять, не дайте права его принуждать по бизнесу!

Любой европейский политик, услышав такое, изумленно воскликнул бы: «Да что это за монстры, с которыми вы хотите объединяться?!». Но делегаты молчали – они хорошо знали, о чем говорит Кужель. И слушали ее, затаив дыхание.

- Я свой выбор сделала, - объясняла Кужель. – И это выбор осознанный. Я 17 лет посвятила созданию среднего класса в Украине! И я не могу пойти в команду, которая уничтожает класс.

Сосредоточенность, с которой Сергей Тигипко писал что-то в унисон речи давней своей соратницы, становилась смехотворной. Из президиума на Кужель смотрела только новая фаворитка лидера, глава одесской организации Светлана Фабрикант. Когда Александра Владимировна отзывалась о партии с уважением, г-жа Фабрикант согласно кивала головой; когда в речи Кужель прорывались критические нотки – изумленно на нее смотрела.

А оратор тем временем перешла к рекламному блоку.

- Работы – непочатый край! И это не значит, что наши пути расходятся…Я объявляю о создании гражданского проекта. Я сделала анализ, что во всем мире сейчас идет объединение гражданских движений, потому что люди понимают, что заигрались мы в партии!

Здесь г-н Тигипко оторвался от бумагомарания и слегка неодобрительно посмотрел в зал. А Кужель вдруг повысила голос на пару регистров:

- Там не будет лидеров, главный лидер – народ. И мы обложим этих шакалов такими красными флажками, чтобы они понимали, что каждый флажок – это судебная реформа, дерегуляция, выполнение законов. Это не безмолвствующая толпа! У меня в Крыму уже создан отряд партизан, я недавно по Фэйсбуку получила сообщение, что меня там включили в группу!

Завершив свою речь, Кужель хотела было уйти, но спохватилась и тихо – но это услышал весь зал – сказала Тигипко:

- Сергей Леонидович, примите, пожалуйста, сегодня мою отставку…

Сергей Леонидович неопределенно мотнул головой, а женщина в красном под громкие аплодисменты зала уселась на свое место. Минуты две она искала что-то в своей сумке (судя по всему, что-то от сердца); затем встала и устремилась вон из зала. В фойе ее уже ждали журналисты. Когда поток их вопросов иссяк, «Обком» спросил г-жу Кужель:

- Александра Владимировна, вы же знаете наших политиков и политологов, они мыслят в меру собственной распущенности. Так вот они говорят, что Кужель сейчас возвращается в орбиту Юлии Тимошенко…

Глаза у Кужель сверкнули.

- Понимаете, - возмущенно начала она, - у нас политологи – все, которые печатаются! – делают это за деньги, проплаченные той или иной политической партией. Поэтому я рекомендую вам, журналистам, быть гораздо проще! Потому что я знаю, кому мы платили, чтобы они писали нужные комментарии! И я знаю, кому платит каждый! Они все получают ото всех понемножку. В зависимости от того, кто больше платит…Я к этому отношусь спокойно, потому что знаю: если о тебе не пишут никаких гадостей, то ты в этой жизни ничего не значишь. Так вот: я, будучи в команде Сергея Леонидовича, ни слова плохого о Тимошенко не говорила, потому что никогда людей просто так грязью не поливаю. Вот если человек – говно (независимо, в твоей оно партии, или нет), то я скажу: говно! И меня это совершенно не сдерживает. Но то, что сделали с Тимошенко, с Иващенко, Луценко… посмотрите, тюрьмы забиты предпринимателями. Почему все молчат о том, что лидер нашей Донецкой организации Дрегер восьмой месяц сидит в тюрьме? И притом не предъявлены никакие обвинения! И что, можно спокойненько сливаться с теми, кто его посадил?!

И Александра Кужель устремилась вниз по лестнице – не иначе, как на встречу со своими крымскими «партизанами». А «Обком» вернулся в зал, где восседал тот, кому больше по душе союз с «полицаями» Януковича-Азарова.

Ни о каком Дрегере никто, разумеется, не говорил. С трибуны вещала Светлана Фабрикант, и говорила она о мачо в центре президиума:

- «Я не знала, какое решение принять, но для меня было решающими слова Сергея Леонидовича о том, что он без своей команды, без своих единомышленников не пойдет в Партию регионов. Я верю нашему лидеру, потому что он ни разу наших партийцев не подвел!»

И потекли, одно за другим, выступления областных партийных бонз. Для легкого соблюдения приличий некоторые ораторы выражали тень сомнений, но в целом «одобрямс» был полнейший.

- Любая партия, - говорил г-н Пилипко из Херсона, - должна бороться за власть, и если такая возможность предоставляется, надо пользоваться…

- Газета «Киевпост», - витийствовал г-н Олуйко из Хмельницкого – написала: «Человек-миссия!». Он должен выполнить эту миссию, спасти страну – что может быть благороднее?!

Здесь подумалось, что очень скоро ряды «объединяющихся» с Партией регионов пополнит Народная Партия, и тамошняя публика на съезде снова будет кричать о том, что «країні потрібен Литвин». Потом Литвин скажет, что он нужен Партии регионов, и в итоге получится, что это «країні потрібна Партія регіонів»…

Пока корреспондент «Обкома» обдумывал эту убогую логическую цепочку, поток выступающих иссяк, и на трибуне снова возник Сергей Тигипко.

- Я собираюсь дальше с вами работать, подождите! – сообщил он залу с той сдержанной мужественной харизмой, из-за которой столько народу проголосовало за Тигипко на зимой 2010 - Что-то у нас тут минорное какое-то настроение. Послушайте, мы… вы фактически делегировали меня во власть; я попробовал один инициировать от вашего имени то, о чем мы договаривались. И кому-то это нравилось, кому-то нет… Но поверьте мне: пройдет совсем немного времени – и то, над чем мы сегодня работали, будет признаваться очень большим достижением!

Делегаты съезда исчезающей партии внимательно слушали, как Тигипко призывает «привести с собой самых активных» партийцев. На сцену глядели по-разному: одни – с симпатией и уважением, другие – с умеренным скепсисом. Но из зала не вышел никто, хотя все понимали: в Партии регионов окажется не более половины членов «Сильной Украины». Даже если они очень захотят туда попасть. С распростертыми объятиями в ПР возьмут депутатов местных советов, «серьезных людей» из исполнительной власти. А вот с бизнесменами (не говоря уж о простых партийцах) все уже будет по-другому. Зачем деловым людям из Партии регионов дополнительные конкуренты в своем логове и в своих предвыборных списках?

Однако из зала не вышел никто, и ни у кого не возникло желания заявить альтернативную позицию: мол, несколько лет потрачено на эту партию, что же теперь, все коту под хвост?! На предложение «съезд не закрывать все обсудить и через 30-40 дней встретиться, чтобы все решить» публика послушно ответила согласием. В самом деле, отчего не прийти на «сороковины»?

…А «Обком» уже после съезда поинтересовался у Тигипко:

- Скажите, какие областные организации еще не приняли решение о вхождении…

- …Все приняли, - перебил Тигипко. – Сто процентов обговорило эти вопросы, провели собрания районных организаций, затем областные конференции. И все поддержали.

- А как вы считаете, люди, которые голосовали за вас на президентских выборах, - они предполагали, что вы со своей партией вольетесь (а не объединитесь) в Партию регионов?

Тигипко немигающим взглядом посмотрел на журналиста и спокойно ответил:

- Думаю, нет. Но вот здесь очень важно все-таки расставлять приоритеты. Для меня поход в политику – это прежде всего реформирование. Я настаиваю, чтобы мы все проанализировали, за счет чего поляки живут сегодня лучше? За счет чего чехи и словаки живут лучше? И когда вы начнете в этом разбираться (а для меня это всегда было интересно, и я кажется, с этим разобрался) – то это только из-за одного: реформы! И если мне для того, чтобы сделать честное решение, чтобы честно отдаться этим реформам, надо вступить в партию – вы знаете, я не считаю это большой изменой…

И Сергей Леонидович Тигипко, в окружении свиты, динамично двинулся к выходу. На память пришло последнее четверостишие, из стиха, адресованного «Обкомом» Тигипко еще в середине 2009-го года, – когда вернувшийся в большую политику банкир-отшельник дал понять, что намерен баллотироваться в президенты:

«А если вдруг Отчизне станет худо,

А если вдруг в страну придет беда,

Он, только что возникший ниоткуда,

Исчезнет вновь, обратно в никуда».

Евгений КУЗЬМЕНКО




Внимание! Комментарии содержащие оскорбления, нецензурную лексику, не относящиеся к теме поста, направленные на разжигание межнациональной и межрегиональной розни, на возбуждение национальной, расовой вражды, унижение достоинства, а также высказывания об исключительности, превосходстве либо неполноценности пользователей по признаку их отношения к национальной принадлежности или политических взглядов — удаляются одновременно с блокировкой автора. Спасибо за понимание!

больше публикаций